me

Вопрос

Давинчи — виноград, вишневый чех де сада,
и все на свете — кровь и нежность, и досада!
А если нет любви, зачем, обняв колени,
ты плачешь обо мне в пятнистой тьме оленьей?
На завтрак шелестишь вечернею газетой
и веришь тишине — мошеннице отпетой.
<…>
Давай уедем в Рим, начнем дневник уныло,
по капельке раба — выдавливать в чернила…


Друзья, не могли бы Вы поделиться ссылками на репрезентации чеховского мифа в сети, если таковые Вам попадались? Не обязательно стихотворные, а любые – от "масштабных" произведений до отдельных фраз, рекламных слоганов, графики и т.д.
Спасибо.
кувшинка

19 марта ЧЕХОВ в Клубе АРТ'ЭРИА

19 марта, пятница в 19-00
Наше приношение к 150-летию Антона Павловича Чехова
"ИЗБРАННОЕ"
 

  участвуют
наш специальный гость издалека -- Заслуженный артист Украины Валентин Бурый

(Сумы, Театр для детей и юношества, Сумской Клуб друзей Чехова)
а также Заслуженный артист России Юрий Красков
(Москва, Театр Евгения Вахтангова)

Дмитрий Селезнев (Москва, Театр Юрия Краскова)
Заметьте, Антона Павловича поздравляют
Валентин Дмитриевич -- Дмитрий Юрьевич -- Юрий Валентинович...




Collapse )Вход свободный. Но идет сбор средств в поддержку августовского Путивльского Фестиваля Искусств "Золотая кувшинка"

Москва, ЦДРИ, Клуб АРТ'ЭРИА, Пушечная ул., д. 9/6, вход со двора метро Кузнецкий мост 
http://community.livejournal.com/art_eria/
8-903-548-69-35 
половина меня

Вл. Гиляровский: Два анекдота о Чехове

Это, впрочем, не анекдоты в современном значении этого слова, а на самом деле бывшие истории. Я уже готова была перепечатывать их собственноручно, так велико было желание ими поделиться.
Но, к счастью, нашла очерк в электронном виде.


1.Как-то часу в седьмом вечера, Великим постом, мы ехали с Антоном Павловичем ... ко мне чай пить. Извозчик попался отчаянный: кто казался старше, он ли или его кляча, — определить было трудно, но обоим вместе сто лет насчитывалось наверное; сани убогие, без полости. На Тверской снег наполовину стаял, и полозья саней то и дело скрежетали по камням мостовой, а иногда, если каменный оазис оказывался довольно большим, кляча останавливалась и долго собиралась с силами, потом опять тащила еле-еле, до новой передышки. Наших убеждений извозчик, по-видимому, не слышал и в ответ только улыбался беззубым ртом и шамкал что-то невнятное. На углу Тверской и Страстной площади каменный оазис оказался очень длинным, и мы остановились как раз против освещенной овощной лавки Авдеева, славившейся на всю Москву огурцами в тыквах и солеными арбузами. Пока лошадь отдыхала, мы купили арбуз, завязанный в толстую серую бумагу, которая сейчас же стала промокать, как только Чехов взял арбуз в руки. Мы поползли по Страстной площади, визжа полозьями по рельсам конки и скрежеща по камням. Чехов ругался — мокрые руки замерзли. Я взял у него арбуз.

Действительно, держать его в руках было невозможно, а положить некуда.

Наконец я не выдержал и сказал, что брошу арбуз.

— Зачем бросать? Вот городовой стоит, отдай ему, он съест.

— Пусть ест. Городовой! — поманил я его к себе.

Он, увидав мою форменную фуражку, вытянулся во фронт.

— На, держи, только остор...

Я не успел договорить: "осторожнее, он течет", как Чехов перебил меня на полуслове и трагически зашептал городовому, продолжая мою речь:

— Осторожнее, это бомба... неси ее в участок... Я сообразил и приказываю:

— Мы там тебя подождем. Да не урони, гляди.

— Понимаю, вашевскродие. А у самого зубы стучат.

Оставив на углу Тверской и площади городового с "бомбой", мы поехали ко мне в Столешников чай пить.

Collapse )
половина меня

Жизнь, смерть, любовь, туберкулёз

Так получилось, что первое, что я прочла у Чехова - были "Цветы запоздалые" - о любви, смерти, ожидании, туберкулёзе. Рассказ сентиментальный, безнадежный, бесконечно грустный.
Впрочем, и чудесный. Маруся, влюблённая в доктора Топоркова, придумывает его себе, наделяет качествами, которых, пожалуй, у него на самом деле нет и быть не может. В общем-то, Николай Топорков почти Ионыч,.. пусть с поправкой на врачебный талант - окаменевшая, оцепеневшая душа. И умирающая Маруся вдруг своей любовью и мечтой разбивает эту окаменелость - выдуманный образ - воплощается в жизнь - он становится таким, каким она его вымечтала и полюбила. Маруся умирает в Париже, Топоркова снова захватывает рутина жизни; но даже безысходная тоска последних строк рассказа не перечёркивает громадности произошедшего.

Рассказ написан Чеховым в 22 года, и кажется очень нетипичным: в нём он, как писатель, равноудалён и от Антоши Чехонте и от того Чехова, о котором заговорят в конце 80-х. Но это не важно ("важно-неважно-неважно-важно"), оставим бесцеремонную манеру разрезать творческие биографии на периоды...

И вообще оставим творчество, поговорим об Антоне Павловиче. Нет, чтобы мне не бубнил Бунин, про мрачного, серьёзного Антона Павловича, чтобы не говорили про Чехова бесстрастного , про Чехова циничного - не поверю; хотя, конечно, никто не соврал - был и таким, и этаким - временами. Но всё равно прожил жизнь многостороннего, порывистого, страстно увлекающегося человека - ну где тут бесстрастность? И даже в знаменитой чеховской фразе "К сожалению, я не сентиментален" есть двойное дно - откуда взялось это сожаление? Мне отчего-то кажется (хотя подтвердить документально своё предположение не могу), что где-то и был сентиментален, но сам себя осаживал, снижал пафос иронией. Помните, я писала, цитировала Немировича, про улыбку Чехова - начинал улыбаться широко и искренне, но вдруг обрывал, осаживал самого себя - мне кажется, тут то же.


Из писем А. Чехова к О. Книппер:
"Я получил анонимное письмо, что ты в Питере кем-то увлеклась, влюбилась по уши. Да и я сам давно уж подозреваю, жидовка ты, скряга. А меня ты разлюбила, вероятно, за то, что я человек не экономный, просил тебя разориться на одну-две телеграммы... Ну что ж! Так тому и быть, а я все еще люблю тебя по старой привычке... Я привез тебе из-за границы духов, очень хороших. Приезжай за ними на Страстной. Непременно приезжай, милая, добрая, славная; если же не приедешь, то обидишь глубоко, отравишь существование. Я уже начал ждать тебя, считаю дни и часы. Это ничего, что ты влюблена в другого и уже изменила мне, я прощу тебя только приезжай, пожалуйста. Слышишь, собака? Я ведь тебя люблю, знай это, жить без тебя мне уже трудно."

"Ты, родная, все пишешь, что совесть тебя мучит, что ты живешь не со мной в Ялте, а в Москве. Ну, как же быть, голубчик? Ты рассуди, как следует: если бы ты жила со мной в Ялте всю зиму, то жизнь твоя была бы испорчена и я чувствовал бы угрызения совести, что едва ли было бы лучше. Я ведь знал, что женюсь на актрисе, то есть когда женился, ясно сознавал, что зимами ты будешь жить в Москве. Ни на одну миллионную я не чувствую себя обиженным или обойденным, – напротив, мне кажется, что все идет хорошо, или так, как нужно, и потому, дусик, не смущай меня своими угрызениями… Успокойся, родная моя, не волнуйся, а жди и уповай. Уповай, и больше ничего»

"Погода ужасная, сильный ревущий ветер, метели, деревья гнуться. Я ничего - здорво. Пишу. Хотя и медленно, но всё же пишу.
Я никак не согреюсь. Пробовал писать в спальне, но ничего не выходит: спине жарко от печи, а груди и рукам - холодно. В этой ссылке, я чувствую, и характер мой испортился, и весь я испортился.
Ах, дуся моя, говорю искренно, с каким удовольствием я перестал бы быть в настоящее время писателем".

"Милая моя начальница, строгая жена, я буду питаться одной чечевицей, при входе Немировича и Вишневского буду почтительно вставать, только позволь мне приехать. Ведь это возмутительно - жить в Ялте и от ялтинской воды и великолепного воздуха бегать то и делов 00. Пора уж вам, образованным людям, понять, что в Ялте я всегда чувствую себя несравненно хуже, чем в Москве. Если бы ты знала, как скучно стучит по крыше дождь, как мне хочется поглядеть на свою жену. Да есть ли у меня жена? Где она?"

"Такая уж моя планида. Я тебя люблю и буду любить, хотя бы ты даже побила меня палкой.
Нового кроме снега и мороза ничего нет, но всё по старому. Каплет с крыш, весенний шум, но заглянешь за окно - зима. Приснись мне, дуся".
коша

Вы готовы жить немного без Чехова?

Год, названный именем Чехова, начался для его ялтинской дачи с катастрофических событий. В середине февраля во время ураганного ветра с крыши экспозиционного корпуса музея Чехова сорвало кровельное железо. Музейщики затянули дыру полиэтиленовой пленкой, но в ночь с 21 на 22 февраля ветер снова разгулялся.

подробно с фото: http://zan-off.livejournal.com/127563.html#cutid1
me

Если человек не пьет и не курит...

"Если человек не пьет и не курит, поневоле задумаешься - а не сволочь ли он..."
Вот здесь небольшая дискуссия:
http://community.livejournal.com/ru_lit/797268.html

Фразу "Если человек не пьет и не курит, поневоле задумаешься - а не сволочь ли он..." приписывают Чехову.
Где-то это у него было.
Друзья, никто не может дать более точную ссылку?
И главное, что мне кажется интересным, - фраза обрела популярность и активно цитируется не как "народная", а именно как "чеховская".
целомудренный бамбук :)

ссылки на юбилейные публикации

целомудренный бамбук :)

и еще одна ссылка на фотографии Чехова

целомудренный бамбук :)

праздничная ссылочка